С того момента, когда первый в мировой истории танк принял участие в боевых действиях, прошло уже более 100 лет. Тем не менее, несмотря на технический прогресс в военном вооружении, как и в первом образце боевой бронированной машины на гусеничном ходу – британском Мk1, в современных разработках подобной военной техники есть свои уязвимые места.

Что губило танкистов в Первой мировой

Подробное исследование процесса создания первого в мире танка Мk1 «Линкольн» есть в работе российского историка вооружений Семена Федосеева «Сухопутные корабли». Первый бой против германцев несколько Мk1 в составе англо-французских войск приняли на севере Франции (район реки Соммы, близ деревень Гведкур и Флер) в середине сентября 1916 года. Как пишет Федосеев, до 80% ранений, в том числе и смертельных, танкисты Мk1 и его последующих модификаций в Первую мировую войну получали через бортовые смотровые щели от осколков и пулевых свинцовых брызг, попавших в броню и поражавших лица и глаза. Да и в принципе езда в таких громадинах была небезопасной – танкисты травились скапливавшимися внутри выхлопными и пороховыми газами, с ними случались тепловые удары (температура внутри танка могла достигать 70 градусов).

… и в Великой Отечественной

Основным танком РККА с 1942 года и до конца войны был Т-34, у немцев большую часть Великой Отечественной (первые 3 года) доминантой панцерваффе (бронетанковых войск вермахта) являлся Т-III (Pz.Kpfw.III).

Ветеран Великой Отечественной, командир танкового батальона Аркадий Марьевский вспоминал: при попадании снаряда в башню, как правило, сразу гибли командир орудия и заряжающий. Поэтому Марьевский в Т-34, как и перед этим в Т-60 и Т-70, предпочитал занимать место механика-водителя. Танкист-ас, генерал-лейтенант, Герой Российской Федерации Василий Брюхов говорил, что чаще всего в советских танках при попадании вражеского снаряда погибали радисты – у них не было отдельного люка для того, чтобы быстро выбраться из горящей машины. Если так называемой «болванкой» (стальной неосколочный снаряд «пробивного» действия) попадало в борт Т-34, гибли те, кто встречался на ее пути. По воспоминаниям командира танка Владимира Ерошенко, в Великую Отечественную – младшего лейтенанта, в его экипаже однажды после такого попадания «болванка» пополам перерезала механика-водителя и убила стрелка-радиста.

В немецких Pz.Kpfw.III, судя по «Памятке танкистам по борьбе наших танков с танками врага» (1942г.), самыми опасными местами были те, которые занимали наводчики, стрелки и механики-водители: среди наиболее уязвимых точек Т-III советские инструкторы называли смотровые щели, отверстия для прицелов. Также в качестве предпочтительных мишеней в РККА рекомендовали бортовую и кормовую броню немецких танков. Аналогичные цели указывались в брошюре «Уничтожай фашистские танки из противотанкового ружья» (год издания Воениздатом НКО СССР тот же, что и «Памятки»).

Проблемные сектора в современных танках

Известный российский инженер-танкостроитель Эрий Вавилонский в своей книге «Основной боевой танк России. Откровенный разговор о проблемах танкостроения» писал, что в отечественном Т-80 (эти танки активно применялись в первую чеченскую кампанию 1994 – 1996 гг.) механик-водитель располагается в отделении управления, наглухо изолированном от сектора с командиром и наводчиком танка – если водитель получает ранение, его невозможно спешно эвакуировать.

Угроза для всего экипажа отечественного Т-90, по мнению главного конструктора бронетанковой техники «Уралвагонзавода» Владимира Неволина, возникает в случае пробития брони танка: экипаж, боекомплект и топливо находятся в близкорасположенной по отношению друг к другу, не разделенной специальными панелями (как у американского «Абрамса»), зоне.

По словам зам. начальника Сухопутных войск США Джона Мюррея, их «Абрамс» тоже далеко не идеален в плане защищенности экипажа: у танка мощная лобовая броня, но верхняя проекция весьма уязвима даже для гранатометов РПГ-7 (к примеру, в городских условиях, что подтвердила война в Ираке). «Абрамсы» недостаточно защищены и от воздействия самодельных взрывных устройств. К примеру, в конце октября 2003 года танк M1A2 SEP подорвался на таком фугасе близ иракского города Баакуба (в 50 км северо-восточнее Багдада). Погибли командир танка и механик-водитель, наводчика тяжело ранило. Впоследствии в Ираке случались и другие подрывы на фугасах с погибшими и ранеными членами экипажей «Абрамсов».

Источник: russian7.ru