Замглавы МЭР — о центрах экономического роста в России, модернизации БАМа и Транссиба и программе кадрового резерва.

Развитие территорий и инфраструктуры — один из приоритетов в России на ближайшие шесть лет. Минэкономразвития подготовило проект Стратегии пространственного и комплексного плана развития магистральной инфраструктуры. О том, какие приоритеты видит ведомство и какие новые инструменты для инвесторов будут предложены в ближайшем будущем, в интервью ТАСС рассказал заместитель министра экономического развития Вадим Живулин.

— Минэкономразвития подготовило проект Стратегии пространственного развития. Какие основные цели она преследует?

— При разработке стратегии министерство исходило из необходимости четко определить центры экономического роста и создать условия для ускоренного развития большинства территорий.

На данный момент в России сформировалось порядка 20 точек роста, и одна из задач стратегии — значительно увеличить их количество. В целевом сценарии должно появиться еще 15–20 таких центров. Мы видим, что ряд территорий обладают высоким потенциалом.

— На основании чего выделялись центры роста? Как быть тем регионам, где по каким-то причинам их нет?

— Точки роста характеризуют экономические показатели. Главный из них — вклад в ВРП 1% и более. Задача документа как раз состоит в том, чтобы увеличить количество центров роста. В плане по реализации стратегии для каждого типа территорий будет предложен набор решений, который позволит им расти.

— На какие типы будут делиться территории и какой набор инструментов развития для них вы предлагаете?

— В стратегии выделено несколько типов территорий: крупнейшие и крупные городские агломерации, города с численностью населения 100–500 тыс. человек, малые и средние города, сельские территории за пределами городских агломераций, минерально-сырьевые центры, территории, специализирующиеся на эффективном сельском хозяйстве, геостратегические территории.

Для развития этих территорий предлагается целый комплекс решений: это проекты по развитию городов, единый преференциальный режим, совершенствование механизма реализации госпрограмм социально-экономического развития геостратегических территорий.

На достижение общей цели — экономического роста территорий — будет работать и выделение 14 макрорегионов.

— Это вызвало неоднозначную реакцию регионов и экспертов…

— Суть выделения макрорегионов не в том, чтобы перекроить карту и сделать новые административные границы. Мы говорим исключительно об экономическом и географическом делении, которое позволит регионам эффективно взаимодействовать, вместе развивать инфраструктуру, консолидировать планы и стратегии развития. В рамках макрорегионов регионы смогут более тесно кооперироваться.

— А это затронет как-то межбюджетные отношения?

— Сейчас последствий с точки зрения межбюджетных отношений не предполагается. Акцент делается на укреплении межрегионального экономического взаимодействия.

Макрорегионы выделены на основе глубокого анализа хозяйственных и инфраструктурных связей субъектов, а также на основе реального опыта взаимодействия.

Уже сейчас есть примеры, которые доказывают эффективность деления на макрорегионы. Красноярский край, Хакасия и Тыва совместно подготовили комплексный инвестиционный проект «Енисейская Сибирь». В него входят 24 проекта с объемом инвестиций 1,7 млрд рублей. Такое объединение регионов, по предварительным оценкам, позволит существенно увеличить рост суммарного ВРП и создать более 50 тыс. рабочих мест.

— Как вы предлагаете развивать сельские территории? Вице-премьер Алексей Гордеев предлагал создать новый национальный проект для развития сельских территорий. Насколько это целесообразно или лучше увязать развитие села со Стратегией пространственного развития?

— Сельские территории выделены в стратегии в качестве одного из приоритетов. На наш взгляд, главная задача для этого типа территорий — обеспечение местного населения качественными современными услугами: медицина, образование, другие социальные услуги. Это в том числе неразрывно связано с повышением транспортной доступности сельских поселений, их связанности с центрами роста.

Более концентрированное внимание сельским территориям может быть уделено в отдельных документах, которые будут создаваться во исполнение стратегии.

— Развитие территорий тесно связано с инфраструктурой. Вместе со Стратегией пространственного развития Минэкономразвития подготовило проект плана развития магистральной инфраструктуры. Когда будет сформирован окончательный перечень проектов?

— Сейчас в проекте порядка 200 объектов. Мы готовили план совместно с регионами и профильными ведомствами и постарались включить в него наиболее важные и значимые объекты с точки зрения развития магистральной федеральной инфраструктуры. Например, модернизация БАМа и Транссиба — главных транспортных коммуникаций в Сибири и на Дальнем Востоке, объекты Северного морского пути — нового и очень перспективного транспортного коридора, модернизация подъездных путей к крупным морским портам.

— По итогам заседания президиума Совета при президенте по стратегическому развитию было озвучено, что на реализацию плана потребуется более 6 трлн рублей. Это итоговая сумма?

— Финальная сумма еще может корректироваться, как и перечень объектов. Минэкономразвития отталкивается в первую очередь от социально-экономических эффектов, которые возникнут вслед за реализацией проектов. Для оценки объектов будет применяться специальная методика, которая как раз учитывает все эти эффекты. Мы считаем, что план должен быть подвижным: если в будущем тот или иной объект пройдет отбор, то он может быть включен в список позднее.

— В Стратегии пространственного развития Минэкономразвития предлагает также применять «единый инструмент» развития для различных типов территорий. Расскажите, в чем суть идеи?

— Сейчас в России 430 различных механизмов, режимов и способов поддержки регионов. Есть особые экономические зоны, территории опережающего развития, другие льготные режимы, которые часто конкурируют между собой. Часто это приводит не к увеличению числа инвесторов и созданию рабочих мест, а к появлению невостребованных земельных участков и построенной инфраструктуры. Бывают ситуации, когда на один и тот же проект инвестор получает деньги или льготы из разных источников, то есть участвует сразу в нескольких преференциальных программах, что тоже неправильно. И наконец, бизнесу зачастую сложно разобраться в многообразии инструментов поддержки и выбрать наиболее подходящий.

Поэтому мы сейчас работаем над созданием унифицированного механизма, который будет включать в себя самые востребованные льготы и меры поддержки. Условно мы называем его «единый инструмент».

«Наша задача — ни в коем случае не усложнить или ухудшить существующие условия, наоборот, мы стараемся выбрать лучшие из работающих инструментов и дополнить их»

Минэкономразвития разработало проект федерального закона, предусматривающий содержание и порядок применения единого механизма развития территорий. Мы постарались, чтобы он учитывал как территориальные, так и отраслевые особенности, а также предусматривал внедрение максимально эффективного подхода по предоставлению мер государственной поддержки.

— А как это будет работать на практике?

— Инструментарий во многом схож с тем, который сейчас работает в особых экономических зонах. Предполагается, что решение о применении единого инструмента будет приниматься на правительственном уровне по результатам рассмотрения заявки региона, которая будет содержать ряд обязательств.

К примеру, будет количественно закреплен KPI региона по привлеченным инвесторам, созданным рабочим местам, уплаченным налогам. По этим и другим показателям будет проводиться специальная оценка эффективности. Неудовлетворительные результаты повлекут за собой финансовую ответственность со стороны региона.

Льготы и преференции для инвесторов будут предоставляться на конкретной территории, размеры которой будут ограничены.

Ставка делается на регуляторные преференции, связанные с возможностью применения зарубежных строительных норм и правил, послаблений в сфере контроля и надзора, изменений, связанных с привлечением иностранной рабочей силы, в первую очередь высококвалифицированных специалистов. За счет сокращения административных процедур планируется существенно снизить временные издержки инвестора, возникающие с момента подачи заявки. По отдельным категориям и видам деятельности будет осуществлен переход от разрешительного порядка осуществления процедур к уведомительному.

Мы также надеемся на положительный исход ряда инициатив, связанных с либерализацией проверок в отношении инвесторов: первые три года без проверок, предупреждение за первое административное нарушение и другие.

— Под какие проекты это все делается?

— Приоритетом будут производственные и инновационные компании. Предполагается особый набор преференций для компаний, которые будут размещать на таких территориях R&D-центры и привлекать к работе высококвалифицированных специалистов. В зависимости от вида деятельности будет меняться характер предоставляемых льгот. При этом инструмент будет применяться как для российских, так и для иностранных инвесторов.

— Еще один новый документ, который находится в вашей области деятельности, — это нацпроект по поддержке малого и среднего бизнеса. Министр уже неоднократно говорил о том, что будет кардинально меняться подход к этой поддержке и увеличиваться ее объем. Что же предлагает министерство?

— Уникальность нацпроекта в том, что он консолидирует все возможные меры по развитию и поддержке малого среднего бизнеса. Он фактически все эти меры группирует по разным стадиям жизни предпринимателя — от создания, развития, акселерации до последующего выхода на экспорт. В проекте много мероприятий, которые должны стать значительным драйвером для развития малого и среднего бизнеса: расширение льготного финансирования, поддержка экспорта, популяризация предпринимательства.

— Все, что вы сейчас перечислили, уже есть в той или иной форме, будет ли что-то кардинально новое?

— Наша задача сейчас — собрать самые лучшие и наиболее полезные мероприятия и их классифицировать по направлениям, по задачам, распределить их по срокам реализации. За счет комплексного эффекта от их реализации сможем получить результат.

— Вы упомянули систему льготного финансирования, сейчас это «Программа 6,5», будет ли она меняться или пролонгироваться?

— Мы хотим продолжить эту программу и рассчитываем привлечь к ее реализации значительно большее количество банков. В ней должны участвовать не только системообразующие игроки рынка, но и целая сеть региональных банков. За счет приближения финансовых услуг к предпринимателям рассчитываем на дополнительный спрос.

Сама программа будет частично переформатирована. Итоговая ставка будет рассчитываться по формуле «6,5% для предприятий в приоритетных отраслях, для остальных — ключевая ставка плюс 2 процентных пункта, но не более 8,5%». Это позволит получить кредиты большему количеству предпринимателей.

Опробовать обновленную программу планируем в ноябре, с последующим распространением на 2019 год.

— Говоря о развитии бизнеса, нельзя не вспомнить рейтинг Doing Business. В прошлом году России удалось подняться на 35-ю строчку. Рассчитываете ли вы на прогресс в этом году?

— Ждать осталось недолго. Результаты рейтинга объявят в конце октября. За пять лет Россия совершила существенный рывок — поднялась со 120-го на 35-е место. Но с каждым годом движение в рейтинге становится все сложнее. Это происходит не потому, что мы менее активно работаем, а потому, что сейчас мы находимся уже на довольно высоких позициях. Дальше каждый шаг становится намного более значительным. А наши конкуренты в рейтинге стараются не меньше нашего. Правительство прикладывает максимум усилий для того, чтобы эту динамику положительную не утратить.

— Еще в предыдущих майских указах была поставлена цель войти в топ-20, но произошло много разных событий, которые повлияли на то, что России не удалось это сделать. У вас есть какие-то планы, мечты, за какой период мы можем войти в топ-20?

— Мечты есть, планы тоже. Все будет зависеть от огромного количества факторов и обстоятельств. Но учитывая то, насколько все заинтересованы в прорыве, какие усилия прикладываются со стороны ведомств, институтов развития, экспертов, есть все основания надеяться, что эту задачу мы сможем выполнить.

При этом работа по созданию благоприятного делового климата не ограничивается рейтингом Doing Business. Всемирный банк оценивает только определенные параметры. Мы же решили выйти за эти рамки и внедряем новый механизм — «Трансформация делового климата».

Он позволяет собирать обратную связь от предпринимателей по поводу существующих ограничений для ведения бизнеса и устаревших требований и оперативно решать эти проблемы. Действие механизма ничем не ограничено и распространяется на все сферы предпринимательской деятельности: от контроля-надзора до защиты прав собственности. Осенью правительство должно принять первый пакет мер в рамках трансформации делового климата.

— Вы недавно стали заместителем министра. А до этого участвовали в программе кадрового резерва, насколько вам она помогла?

— Безусловно, это одна из лучших образовательных программ на сегодняшний день. Смысл и основная ее особенность заключается в том, что она развивает самые разные компетенции, навыки, дает обширный спектр знаний. Она дает самую последнюю информацию по вопросам государственного управления, развития технологий, развивает так называемые softskills — навыки, которые, в общем, можно и нужно применять в работе. Программа позволила выстроить совершенно другого уровня коммуникации между участниками. Один из основных эффектов, который мы сейчас видим, — это очень тесное товарищеское взаимодействие всех выпускников этой программы. Помогла ли она мне продвинуться по карьерной лестнице, наверное, виднее моему руководителю, потому что он принял такое решение. Я с большим удовольствием продолжаю работать в Минэкономразвития в новом статусе.

Беседовала Анна Дементьева.

МОСКВА, ТАСС
12

Источник: arms-expo.ru

[ads-pc-1] [ads-mob-1]